Басни Эзопа и Федра

Федр - раб, а затем вольноотпущенник императора Августа. Начиная с 20-х годов 1 в. выпускает пять сборников "Эзоповых басен".Федр включает в свои басни не только "басни", но и занимательные рассказы анекдотического характера.Греческие басни фигурировали под именем "Эзопа" , который всместе с тем был героем многочисленных анекдотов; Федр облекает этот материал в латинские стихи.

Сперва ограничиваясь заимствованными сюжетами, он впоследствии пробует перейти к оригинальному тв-ву. Заглавие затем служит лишь жанровой хар-кой. Стихотворная форма басен Федра - старинный ямбический размер, привычный для массового посетителя классического театра.

Басня, полагает Федр, создана рабами, которые не осмеливались выражать свои чувства и нашли для них иносказательную форму шутливой выдумки. Элемент социальной сатиры омобенно заметен в первых двух сборниках, в которых преобладает традиционный тип басни о животных. Направленность басни против сильных. Первая книга открывается "Волком и ягненком". Единственное утешение в том, что сила и богатство чаще приводят к опасностям, чем бедность("два мула и грабители")В улучшение положения бедных Федр не верит( "Осел - старому пастуху")Политическое истолкование получает и басня о "Лягушках, просящих царя".После выхода в свет первых двух сборников автор пострадал за свою смелость : он стал жертвой гонения со стороны Сеяна. В своих следующих книгах он ищет покровительства влиятельных вольноотпущенников. Сатира становится гораздо более невинной. Все чаще появляются басни отвлеченного типа, анекдоты исторические и из современной жизни,бытовые сюжеты.

Федр ставит себе в заслугу краткость. Повествование его не задерживается на деталях и сопровождается только немногословными пояснениями морально - психологического характера. Многие басни Федра были использованы французским баснописцем Лафонтеном. Со стороны сюжета восходят к Федру такие общеизвестные басни как "Волк и ягненок", "Ворона и лисица", "Волк и журавль", "Лягушка и вол",а также ряд других, получивших в русской литературе классическое стихотворное выражение у Крылова.